В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, чьими инструментами были топор и костыльный молоток, надолго покидал родной порог. Его труд — повалить дерево, уложить балку под рельсы, возвести опору моста — раз за разом уводил его вдаль. Он наблюдал, как преображается земля вокруг: вырубленные просеки, новые стальные пути, перекинутые через реки пролеты. Но за каждым таким изменением он видел иное — цену, которую платили за это люди. Цену, отмеренную потом, мозолями и тишиной в бараках, где ночевали такие же, как он, рабочие и пришлые люди, искавшие заработка.